Сафонов Вячеслав Иванович

Vacheslav Safonov
Вид деятельности
Военный водитель
Семейное положение
Женат
Сайты и соцсети
Резюме

Кому-то кажется, легко крутить баранку. А что там трудного? Педали нажимать? Ведь не на себе же он тащит своего железного коня! Сидит себе с комфортом, за стеклом, ни пыли, ни грязи. Дождь и снег ему нипочем: тепло, светло и мошка не кусает...

Так считает тот, кто ни разу сам не сидел за баранкой автомобиля, не вел самостоятельно свою машину по многолюдным и забитым транспортом улицам или междугородным скоростным трассам.

А водитель, для которого автомобиль — неотъемлемая часть жизни как в материальном, так и моральном планах, не понаслышке знает, что такое труд шофера, когда тот, порой, не знает сам, «куда и с чем ему: в «хозяйство» или к Богу, и нет минуты ни поесть и ни поспать».

Без трех месяцев 27 лет трудового стажа военным водителем Вячеслава Ивановича Сафонова в автомобильной части полигона Капустин Яр.

Родился и рос рязанский мальчишка в многодетной семье колхозного бригадира Ивана Сафонова. Пятеро детей было у него. Старший — Вячеслав. Любопытный и смышленый был парнишка. В школе учился успешно и с малых лет помогал родителям по дому и в поле. Ему было всего десять лет, когда брат отца разрешал ему стоять за баранкой колхозного грузовика.

Именно стоять, потому что сидя на водительском месте, не мог дотянуться до руля управления. Со слезами на глазах от страха управлял он большой машиной. «А к девятому-десятому классу я уже вовсю гонял по проселочным дорогам и полям на юрком и послушном «ГАЗ-63», - смущенно улыбаясь, вспоминает Вячеслав Иванович. - Школу закончил с хорошим аттестатом. В военкомате при постановке на учет мне предложили поступать в военное училище на выбор: в летное или в мореходку».

Не попал никуда: из-за тяжелого материального положения семьи ему была предоставлена отсрочка по призыву на действительную военную службу. Два года трудился трактористом, чтобы заработать деньги на постройку родительского дома. А когда вся большая семья перебралась под новенькую крышу большого, а главное, собственного дома, парень с чистой совестью пошел служить Родине.

17 ноября 1961 года Вячеслав Сафонов прибыл для прохождения срочной службы на полигон «Капустин Яр» в войсковую часть 77889. Прошел курс «молодого бойца» и был направлен вместе с другими бойцами в войсковую часть 25576, которая занималась обеспечением хозяйственной деятельности полигона. Службу рядовой Сафонов проходил в должности кочегара в столовой, был также хлеборезом.

«Я, конечно, служил честно, но без удовлетворения. Не мое это все! Так завидовал ребятам, которые были водителями автомобилей! И искал любую возможность, чтобы перейти в автороту. Случай представился, и вот тогда я поверил в свою судьбу! Хотите верьте, хотите нет, но я чувствовал, что какая-то неведомая сила ведет и направляет меня по верному пути».

Водительские права Вячеслав получил, когда ему исполнилось шестнадцать лет, так что и в 2021-м у Вячеслава Ивановича своеобразный юбилей — 60 лет водительского стажа! А когда в части впервые сел за руль грузовика ГАЗ-51, новичком себя не считал. Руководство заметило его шоферскую хватку. Заместитель командира по тылу подполковник Николай Никитович Шевченко вскоре забрал его к себе водителем на машину ГАЗ-69. Это был семиместный пикап с брезентовым верхом. «Возил я его до середины 1964 года. Служить мне оставалось считанные месяцы. А тут появилась возможность получить права водителя первого класса. С подполковником все было оговорено, он одобрил. Но в день, когда работала комиссия, он срочно отправил меня на базу за бидоном краски...

Когда я вернулся в часть, члены комиссии уже уехали, завершив работу. Честно признаться, я по-человечески обиделся: из-за какого-то бидона краски я «пролетел» с I классом! А с Николаем Никитовичем мы разошлись...

Но до «дембеля» надо было служить. В гараже стояла старая «санитарка». И я взялся поставить ее «на колеса». Долго возился, но своего добился: машинка побежала».

И вскоре зеленая «санитарка» с красным крестом на кузове уже мелькала по всем площадкам полигона, связывая медчасти с госпиталем, куда привозил больных солдат и офицеров.

5 сентября 1964 года Вячеслав Сафонов женился. Александра, так звали молодую жену, была из местных, капьярских. Куда уж тут думать о демобилизации, срок которой неумолимо приближался: оставалось всего два месяца.

Подполковник Н.Н. Шевченко не забыл своего водителя и при встрече предложил подать рапорт на сверхурочную службу: «Куда же с молодой женой ехать? И что ты там будешь делать в деревне?»

И остался Сафонов, заключив договор еще на 2 года. Новую службу начал командиром взвода автороты войсковой части 77889. В 1966 году счастливый отец привез из роддома сына. Назвали Сергеем.

Два года за рулем грузовой машины, в рейсах дальних и близких, пролетели быстро. Вячеслав контракт по службе продлевать не стал, уволился и пошел «по гражданке» работать в военторг. Сел за руль большого ботового ЗИЛ-157. Возить на ней грузы по городу было очень некомфортно. И чувствовал он себя в ней неуютно. «Избаловал себя в уютных «кабинетах» легковушек» и втайне мечтал найти себе другое местечко.

Узнав, что в автороте набирают водителей, решил попытать счастья.

Надежда, хоть и малая, была: ведь когда он перестал быть водителем заместителя командира по тылу Н.Н. Шевченко, почти месяц возил на «Волге» командира в/ч 25576 генерал-майора Пономаренко.

Начальник автослужбы Владимир Трофимович Шитко знал водителя Сафонова в лицо, потому что видеться приходилось часто. «Проходите комиссию и приходите, будем устраиваться», - сказал он коротко.

«Как сейчас помню, 13 июля я сдал документы, а 14-го после обеда вызвали в штаб, отвезли на 12-ю площадку. Там меня полностью экипировали: рубашку, брюки, фуражку, сержантские погоны — все новенькое, прямо со склада, «подогнали» по размеру, как положено водителю «главкомовской «Волги».

Так, сам себе еще не веря, 15 июля утром прихожу вместе с напарником в войсковую часть 33758. Там узнаю, что меня поставили на должность начальника котлов низкого давления в войсковой части 31925, а напарника - начальником котлов высокого давления. «Вот так номер!» - сам себе говорю и возвращаюсь в часть автомобильной службы.

Встретил меня мой старый знакомый Лев Николаевич Савицкий. Он был моим командиром по автороте. Подвел меня к 21-й «Волге» под номером 66-14, вручил ключи, хлопнул по плечу: «С Богом!»

И уже вечером сержанта Сафонова вызвали и приказали утром встречать на аэродроме президента Академии наук СССР академика Б.Н. Петрова.

«Выехал я, стою, жду. Самолет приземлился. Через некоторое время смотрю к моей машине подошел высокий, статный мужчина с портфелем. Лицо приветливое, поздоровался и сел впереди..

Надо сказать, что я иногда даже не знал, за кем приехал. Ни фамилий, ни имен не называли. Пассажиры мои были люди знаменитые и засекреченные. Только если при встрече сами представлялись. Таким был и академик Борис Николаевич Петров — человечище и умище! А какой простой и земной! Из всех, кого я возил, только он брал меня с собой, когда приезжали на место и отправлялись обедать. Я был первый раз обескуражен. Представляете, я и в генеральском зале столовой?! Сидят генералы В.И. Вознюк, Ю.А. Пичугин, другие офицеры. Садит тебя рядом с собой. И никогда никаких отказов не принимал: «Я знаю, что такое водитель. Когда вы еще попадете домой?»

Вот так со встречи с академиком Б.Н. Петровым и началась водительская служба сержанта Сафонова на главкомовской «Волге». И за двадцать лет кого только не приходилось ему возить, порой в экстремальной временной ситуации доставлять к самолету, на стартовую площадку к пуску ракеты, на срочное совещание «высокое» руководство Министерства обороны СССР, представителей промышленности, генеральных конструкторов, руководителей иностранных министерств и ведомств, а также «своего» - Василия Ивановича Вознюка, который никого никогда не называл по именам. Всегда «товарищ Сафонов, Иванов» и т. д.

«Это был человек, который ценил кажую минуту времени. Он всегда был «в работе», даже если сидел в машине рядом. Бывало, выезжаем, он, чуть развернувшись, косо смотрит на часы на левой руке и говорит: «Товарищ Сафонов, по городу, как положено, за городом — по обстоятельствам!»

Ох уж это его «по обстоятельствам»! Бывало, подъезжаешь к штабу за ним, а он говорит: «Товарищ Сафонов, у нас 20 минут. Мы должны быть на такой-то площадке». Всё! Как хочешь веди, хоть лети, а за 20 минут должны быть на месте!

Или подъезжаем к 3-й площадке. Скорость до 90 км/час. «Добавь десяточку!» Едем дальше. Через какое-то время: «Еще прибавь десяточку!» Иду уже на 120 до развилки: «По прямой! Еще десяточку добавь!» Уже 130, но и это не предел. С 23-го километра гоню уже 140 км!

Прилетаю. Он выходит как ни в чем не бывало, его встречают, докладывают. «Пять минут перекур, и — за работу!» - слышу его голос. Сам сижу — спина мокрая...

Столько различных ситуаций случалось за долгую шоферскую жизнь, что Вячеславу Ивановичу впору писать «Записки генеральского водилы». Порой бывало действительно страшно, а потом вспоминали в кругу коллег и хохотали до слез. Кто же останется равнодушным вот к такому эпизоду. «Прилетел как-то с аэродрома министр обороны одной из стран Варшавского договора. А поле вокруг взлетной площадки было в тюльпанах. Приземлившись на самолете «У-2», высокопоставленный чиновник воскликнул: «Картина!»

А Василий Иванович что-то задерживался в штабе. Вышел, когда уже самолет гостя готовился к взлету. «Во что бы то ни стало надо успеть! - бросил Вознюк.

«Летим». Переезд. Навстречу идет автокран-214. Огромная стрела.

  • Обгоняйте!

  • Невозможно, товарищ генерал!

  • Обгоняйте!

Я резко рванул... Сзади сидят полковник В.Н. Столяренко и генерал-майор С.М. Хренов. Смотрю в зеркало заднего вида — а их нету! Пролетаю под стрелой... Вознюк как сидел, так и сидит молча. Пассажиров на заднем сиденье не видать. Из-за сплошной спинки сиденья только фуражки торчат!...

Ну, примчались на аэродром. Коленки дрожат! Представляете: под стрелой крана «пролетели», да еще с двумя генералами и полковником... Сижу...Сердце колотится... В голове «котел» шумит...

Василий Иванович открывает дверцу «Волги», выходит. Обошел машину, подошел ко мне,похлопал по плечу: «Молодец, товарищ Сафонов!» и пошел, как будто пять минут назад мы не рисковали жизнью...

Рассказывая этот непростой момент своей жизни, спустя почти 60 лет, Вячеслав Иванович так волновался, будто только что проскочил под этой огромной убийственной стрелой злополучного автокрана!

Немного помолчав, улыбнулся и рассказал, как в очередной раз из-за острого дефицита времени генерал Вознюк приказал емус 71-й площадки полигона отвезти двух генерал-полковников в аэропорт.

«А дело было так: после очередного успешного пуска ракеты, прямо в поле, как по волшебству, накрыли столы. Ковыль колышется, тосты, поздравления... А потом прибыли на 71-ю площадку. Все пошли в столовую, а я решил помыть свою вишневую красавицу: на ней ведь каждое пятнышко видно, а тут столько ладоней отпечаталось.

Ужин между тем затянулся. Уже стемнело. Наконец, вышел Вознюк, подзывает меня, смотрит на часы: «Товарищ Сафонов, Вам в аэропорт хватит двух часов?

  • Да еще и много, товарищ генерал!

  • В Волгоград! Старшим - подполковник Харламов!

Я обмер! Два генерал-полковника, один из них какой-то чужой. Но делать нечего: «вылетаем»! Уже Царев. Иду 130-140 км. Генералы молчат, сидят сзади. Вдруг болгарин говорит: «А мы успеем? Может, скорости прибавить? Самолет же!»

Вячеслав Иванович, как бы погружаясь мысленно в давно минувшее, спохватился: «Тут надо сказать, что генерал Вознюк еще из Германии привез автомобильную сирену. Ее установили на его «Волгу», и я в очень экстренных случаях ее включал. Ну, думаю, момент настал!

Как врубил ее и — пошел! Залетаю в Волжский, сирена вопит... Не знаю до сих пор, как получилось, кто дал команду, но по всему Волгограду мне был дан зеленый свет. Скорость по городу временами достигала 120 километров. Проскочили!

В аэропорт примчались за две минуты до взлета. Выскакиваем, открываю багажник, где лежали чемоданы. Надо протереть пыль, ведь по степи летели. Вдруг чувствую руку на плече. Смотрю — болгарский генерал-полковник. Я вытер тряпочкой его дипломат. Он его открыл. А там — две бутылки коньяка «Плиски». Одну дает мне: «За отличное вождение!», а вторую — Харламову: «А это вам за терпение!»

И пошел к самолету. А я смотрю у подполковника вся рубашка на спине солью покрылась: так переживал, но молчал!

А я тогда и сам не понял, как доехал назад. Такая адская была усталость, какая-то физическая пустота во всем теле. Шел на автомате. Это машина меня сама везла домой...

Кому-то кажется, легко крутить баранку!

Чего в том трудного? Педали нажимать!

Куда и с чем ему: в «хозяйство» или к Богу...

Нет ни минуты ни поесть и ни поспать.

Так катили дни, недели, месяцы... Жизнь шла своим чередом. Одна привилегия была у Вячеслава Ивановича Сафонова — водитель главкомовской «Волги». А что за этим скрывалось, знает только он и его верная подруга - «Волга», с которой он в дороге в любое время суток, в дождь, мороз и нестерпимую жару. Служба военного водителя схожа с фронтовой, только не стреляют и не рвутся снаряды, а в остальном, как в той песне:

Шли мы дни и ночи,

Трудно было очень,

Но баранку не бросил шофер...

Судьба, которая в далекой юности забросила Вячеслава Ивановича из рязанского раздолья в степи южного Поволжья, на протяжении всей его профессиональной жизни хранила его в пути. Даже когда случалось непредвиденное, как в одной из поездок с женой Василия Ивановича Мартой Яковлевной.

«Я всегда возил ее одну. Вместе с Василием Ивановичем только один раз. В эту поездку мы отправились в Красную слободу, в питомник за цветами. Она очень их любила.

Дорога была грунтовая, пыльная. Машина, которую ребята в гараже отполировали перед отъездом, стала похожа на грязный тарантас. «А что с нашей машиной? - удивилась Марта Яковлевна. - Что-то она страшная такая».

Машину действительно пришлось помыть, пока Марта Яковлевна ходила по своим делам. Когда она вернулась, наша вишневая красавица сияла на солнце. Поехали назад. Возле птицефабрики — карьер. Иду со скоростью 90-100 километров. Впереди грузовик с прицепом, везет грунт.

И надо же было такому случиться: заднее правое колесо прицепа разбортировалось, кольцо вылетает и летит прямо на нас!

Что делать? Даю вправо и влево руля, чтобы его подсечь. Колесо подлетает и бьет по машине. Выхожу, смотрю: только фартук госномера погнулся. Слава Богу! Потеря невелика, в гараже ребята все сделали, даже незаметно».

В общей сложности пять лет был водителем генерал-полковника В.И. Вознюка водитель старший прапорщик Вячеслав Иванович Сафонов. В 1974 году Вознюк оставил службу и уехал в Волгоград, но даже после этого, по мере необходимости, Сафонова отправляли на ГАЗ-24 за ним. Он в последние годы своей жизни частенько лежал в нашем госпитале.

«Последний раз я привез его из Волгограда, он несколько дней полечился в госпитале и скомандовал: «Домой!» Я забрал его и Марту Яковлевну из гостиницы. У нее, как всегда, охапка цветов, которые она поставила в пятилитровые банки с водой. Сел в машину и муж сестры Марты Яковлевны. Поехали с «нулевки» вкруговую.

Василий Иванович попросил меня ехать по городу тихо. Я шел 25-30 километров. Следом — машина ГАИ. Едем по улице Ленина. И на перекрестке возле штаба тыла стоит женщина, рядом — девочка лет 6-7. И в тот момент, когда я к ним подъезжал, девочка вдруг побежала через дорогу!

Я резко жму по тормозам. Банки с цветами переворачиваются, вода заливает пол машины. Василий Иванович молчит. Девочка упала и лежала под самым капотом. Я видел только ее голову и глазенки...

К женщине подскочил сотрудник ГАИ, но она сказала, что эта девочка не ее. Ребенка подняли. С ней все было хорошо, она упала от страха.

Я снова сел в машину, тронул с места и опять тихонько покатил по дороге. В машине тихо. Слышу, Марта Яковлевна хлюпает ногами по воде. Я говорю: «Разрешите остановиться!» «За городом!» - резко ответил Вознюк.

Ну и всё! Как тут можно было что-то возражать? Поехали дальше. Краем глаза наблюдаю за Василием Ивановичем: бледный, как-то осунулся, опечаленный... Подъезжаем к Ленинску. Тут ни к селу ни к городу свояк подлил масла в огонь: «Василий Иванович, видите, как получилось?»

И вдруг Вознюк резко так бросил: «Это благодаря водителю! Его реакция нас спасла. Поехали!»

Приехали в Волгоград. Он меня не отпустил. Заставил переночевать. Поднялись на 4-й этаж. Я до этого уже дважды ночевал у них. Спал в его кабинете.

Утром встал, хотел уйти, но он настоял, чтобы позавтракал. Марта Яковлевна покормила.

Наступило время прощаться. Я тогда и подумать не мог, что вижу Василия Ивановича в последний раз!

На неделю меня отослали в командировку за новыми автобусами. Вернулся 8-го, а 9-го сообщили, что его уже не стало. Марта Яковлевна рассказывала, что вечером смотрел телевизор, встал и пошел к холодильнику: попить водички. Там ее не оказалось, он направился в кухню и там упал!

Я его не хоронил. В моей памяти он навсегда останется живым, таким, каким я видел его совсем рядом, на соседнем сиденье автомашины.

Елена НЕЧАЕВА